Советы для СМИ: спецпроект Команды 29 и 7x7

Как защитить информацию на ваших устройствах

Мы продолжаем проект с советами для журналистов. В прошлой части мы рассказывали, как обезопасить общение со своими источниками. Однако важно защитить не только беседу, но и собранные вами данные. Рассказываем, как зашифровать информацию.

Шифрование устройства означает, что информация не будет доступна для просмотра, пока вы не введёте специальный пароль. Можно зашифровать отдельный файл, можно — диск, а можно — весь компьютер. Чтобы сторонний пользователь смог, не зная пароля, расшифровать информацию, защищённую программой типа VeraCrypt, понадобится не меньше 40 лет.

Каким средством шифрования воспользоваться, зависит от устройства

Компьютер Apple с OS X

Программа FileVault. На официальном сайте Apple можно найти инструкцию по её настройке

Компьютер с OS Windows

У версий Windows Enterprise, Pro, Ultimate Edition есть встроенная программа BitLocker;

В остальных случаях есть программа Vera Crypt.

Смартфоны и планшеты Apple

Информация шифруется по умолчанию

Смартфоны и планшеты Android

На устройствах, выпущенных в последние три года, информация шифруется по умолчанию

На более старых устройствах надо в разделе настроек «Конфиденциальность» найти пункт «Шифрование» и следовать инструкциям

Шифрование информации на компьютере может занять до 12 часов. Его нельзя выключать в это время, но работать на нём можно. Просто зашифровать информацию недостаточно — надо сделать так, чтобы посторонние не могли получить доступ к вашим устройствам.

 Установите пароль для разблокировки экрана в смартфоне/планшете.

 Не используйте функцию Touch ID (на Android — вход по отпечатку пальца). В условиях силового захвата разблокировать защищённый таким образом телефон будет очень просто. По этой же причине не рекомендуется использовать графический ключ в Android.

 Включите двухфакторную аутентификацию для доступа к аккаунтам Google, iCloud, Facebook и Telegram (и любым другим, которые позволяют это сделать).

Текст: Николай Овчинников

Составьте собственный опрос для сбора отзывов пользователей

Подпишитесь на регулярный донат
100 000 ₽ — наши минимальные ежемесячные расходы. На эти деньги мы оплачиваем работу юристов, редакторов и программистов. И это далеко не все статьи расходов.
Мы разумно подходим к постановке целей и отчитываемся за каждый потраченный рубль. Подпишитесь на регулярный донат. Помогите нам выполнить программу минимум.

Читайте также

  • Дела К29
    Стал известен предварительный диагноз Валерия Митько

    На этой неделе был госпитализирован подзащитный Команды 29, 79-летний учёный Валерий Митько. Ему стало плохо с сердцем. Он содержится под домашним арестом, до недавнего времени ему даже не разрешали прогулки. Сейчас стал известен предварительный диагноз.

  • Подкасты
    Краткая история экстремизма в России: от футбольных фанатов и неонацистов до ФБК и мирных протестующих

    В июле 2002 года в России появилось антиэкстремистское законодательство. За 19 лет образ экстремистов изменился до неузнаваемости: от радикальных неонацистов до мирных граждан, публикующих посты в социальных сетях или выходящих на митинги. За что российское антиэкстремистское законодательство критикуют в мире и что под ним подразумевают в Европе? И остались ли в России «настоящие» экстремисты? В новом эпизоде подкаста «Россия закрывается» говорим об этом с директором информационно-аналитического центра «Сова» Александром Верховским. А еще беседуем с фотографом Владимиром Гердо, который застал погромы на Манежке в 2002 году, чтобы понять, как всего за пару десятилетий изменился протест.

  • Видео
    История оппозиции: от Немцова до Собчак. Интервью с Мариной Литвинович

    Сегодня в «Команде» — Марина Литвинович: правозащитница, политтехнолог, журналист, но главное — свидетельница эпохи. Она работала с Путиным и Немцовым, Кириенко и Чубайсом, Каспаровым и Ходорковским, Хакамадой и Собчак. Литвинович запускала российский политический интернет, организовывала «Марши несогласных», участвовала в нескольких президентских кампаниях. В общем, сегодняшнее интервью — это, пускай субъективная, рассказанная от первого лица, но настоящая история новейшей российской политики. Приятного просмотра.

  • Советы
    Кому и как делать пометки о том, что организация признана иноагентом, экстремистской, террористической?

    Рядом с «Радио Cвобода» в скобках пишут «иностранный агент», при упоминании ИГИЛ в СМИ — что оно запрещено в России. Нужны ли такие пометки в вашем статусе в Facebook? Кого конкретно помечать — иноагентов, эктремистов, террористов? Эти вопросы актуализировались после суда над ФБК. Отвечаем на них подробно. (Дисклеймер: нет, в статусах в Facebook такой пометки делать точно не надо.)