У российских журналистов по закону есть право посещать органы власти, но на практике власти не всегда рады вниманию прессы. Часто они не дают журналистам работать, ссылаясь на «отказ в аккредитации». Команда 29 рассказывает, как власти извратили смысл института аккредитации и почему журналисты не должны выпрашивать у государства «ярлык», чтобы освещать его работу.

Слово «аккредитация» происходит от латинского слова «доверять». Получается, аккредитованные журналисты — это доверенные журналисты. Председатель парламента Санкт-Петербурга Вячеслав Макаров — человек недоверчивый. Он отказал журналисту издания «Мой район» Сергею Кагермазову в аккредитации и запретил ему посещать петербургское заксобрание.

Доверяй, но проверяй

На входе в Мариинский дворец, где располагается Законодательное собрание Петербурга, — три охранника, турникеты, рамки металлоискателя и рентген. Чтобы пройти через турникет, нужен электронный пропуск. Чтобы получить пропуск, журналист должен аккредитоваться при законодательном собрании. У Сергея Кагермазова в этом году не получилось получить аккредитацию, и его пропуск на первое заседание петербургского парламента оказался заблокирован. Он попросил одного из оппозиционных депутатов выписать ему временный пропуск — уже не как журналисту, а как гражданину. У самого турникета сотрудница аппарата парламента отобрала этот временный пропуск у Кагермазова и не пустила его.

Правоохранительные органы проводят проверку в отношении Сергея Кагермазова, поэтому у него и не получилось аккредитоваться при заксобрании. Журналист не служил в армии, что возмущает председателя заксобрания, полковника Вячеслава Макарова. Год назад в ответ на один из неудобных вопросов Кагермазова полковник пообещал отправить журналиста служить. Теперь председатель заксобрания на вопрос о том, почему Сергею запретили вход в Мариинский дворец, отвечает тирадами о «немужском» поведении журналиста.

Пункт о том, что журналиста могут не аккредитовать при петербургском парламенте «по результатам проверки правоохранительных органов», появился в положении об аккредитации в последних числах 2017 года — как раз когда региональные СМИ подавали заявки на продление аккредитации на 2018 год. На официальном сайте парламента новую редакцию положения выложили только в начале года.

В новой редакции много ограничений, которые даже на первый взгляд вызывают сомнения в их соответствии закону «О средствах массовой информации». Положение вводит квоту на количество журналистов от одного издания: газеты, сайты и радиостанции могут аккредитовать только одного сотрудника, телеканалы — не больше трёх. Заксобрание может отказать в аккредитации изданиям, которые раньше не освещали его работу. Третьей причиной отказа могут быть результаты «проверки в отношении сотрудника СМИ» от правоохранительных органов. Кто инициирует эту проверку и что это за вид работы органов, не поясняют. И четвертое, самое главное, положение  говорит, что аккредитация «дает журналисту право проходить в Мариинский дворец». Этот пункт соответствует федеральному закону, но представители органов власти зачастую трактуют его превратно.

Пропуск или привилегия

Не только в петербургском заксобрании, но и во многих российских органах власти полагают, что аккредитация — это пропуск для журналиста. Это мнение — ошибка: аккредитация — это гарантия привилегий. Согласно закону «О СМИ» (ст. 48), аккредитация журналиста при учреждении обязывает это учреждение помогать журналисту: предварительно извещать его обо всех мероприятиях, обеспечивать документами, создавать благоприятные условия записи аудио и видео. Аккредитованный журналист имеет право присутствовать на мероприятиях, которые проводит учреждение, кроме тех, которые сделали закрытыми. В законе нет ни слова о том, что отсутствие аккредитации лишает журналиста права посещать мероприятия. Напротив, закон «О СМИ» закрепляет за журналистом право «посещать государственные органы и организации, предприятия и учреждения, органы общественных объединений либо их пресс-службы» (ст. 47).

Право посещать органы государственной власти — это не только право журналиста, а вообще право граждан в целом на доступ к информации о деятельности органов власти, которое не зависит от наличия или отсутствия аккредитации, указывает юрист Команды 29 Дарьяна Грязнова. В российском законодательстве нет определения «аккредитации журналиста», говорит юрист. Это не значит, что власти могут трактовать его по своему усмотрению и устанавливать произвольные правила аккредитации. В 2010 году этот вопрос разъяснил Пленум Верховного суда. Согласно постановлению Пленума, органы власти не могут правилами аккредитации вводить дополнительные, не установленные законом, ограничения прав журналистов. Например, указал Верховный суд, нельзя приостанавливать аккредитацию — в законе «О СМИ» нет такой опции. Нельзя устанавливать дополнительные правила отказа в аккредитации и её лишения.

Спикер петербургского ЗакСа Вячеслав Макаров — человек недоверчивый (фото: АБН)

Закон «О СМИ» говорит, что журналиста можно лишить аккредитации только в двух случаях: если он нарушил правила аккредитации, установленные органом власти, или если суд признал, что журналист распространил порочащие сведения об этом органе власти. «Статья 48 закона „О СМИ“ вообще не предусматривает оснований для отказа в аккредитации журналиста. Согласно логике закона, если журналистом были соблюдены формальные требования (предоставления данных о себе и необходимых документов, например), орган власти вообще не может отказать ему в аккредитации», — говорит Дарьяна Грязнова.

В положении об аккредитации петербургского заксобрания прямо указаны основания, на которых журналисту могут отказать в аккредитации. Такой пункт есть и в положении об аккредитации журналистов при Государственной думе, эти пункты почти идентичны. Федеральный парламент оставляет за собой право отказать в аккредитации сотрудникам рекламных и специализированных СМИ (петербургское заксобрание не пустит и журналистов эротических изданий), а также тех, кто не пройдет проверку Федеральной службы охраны. В петербургском заксобрании ФСО не работает, поэтому этот пункт поменяли на некую «проверку правоохранительных органов».

Неугодным вход воспрещен

Юрист Дарьяна Грязнова напоминает, что посещать государственные органы — это право не только журналиста, но и любого гражданина. Его закрепляет закон «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления». При этом нельзя отказать гражданам в праве посещать орган власти и предложить взамен получить информацию каким-нибудь другим способом, например, с помощью запроса, уточняет Дарьяна Грязнова. Статья 15 этого закона определяет, что граждане посещают органы власти по правилам, установленным этими органами. «Орган власти принимает регламент, и в регламенте перечисляются условия. По сути, эти условия не должны быть произвольными, но на практике так получается не всегда», — говорит юрист.

В законодательное собрание Петербурга попасть сложно. Осенью прошлого года в Мариинский дворец не пустили начальника Госпиталя для ветеранов войн Максима Кабанова, потому что он пришел без галстука. Это не единичный случай: всех мужчин на входе в законодательное собрание охранники просят продемонстрировать галстук, расстегнув верхнюю одежду. В Мариинский дворец не раз не пускали в шортах, а недавно в зал заседаний не дали войти журналистке газеты «Коммерсантъ» из-за того, что она пришла с городским рюкзаком, а не сумкой.

Положение «О режиме работы в здании Мариинского дворца» говорит, что неаккредитованные журналисты могут посещать петербургский парламент в том же порядке, что и обычные граждане. Для таких посетителей положение устанавливает пропускной режим. Обычный петербуржец не может просто так прийти в законодательное собрание, он должен попросить кого-то из депутатов или руководителей аппарата парламента выписать ему разовый пропуск. Такой пропуск ему выписала Сергею Кагермазову депутат от «Справедливой России» Надежда Тихонова, но сотрудница аппарата заксобрания отобрала его, нарушив право журналиста как гражданина посетить орган государственной власти.

Текст: Мария Карпенко (корреспондент газеты «Коммерсантъ в Санкт-Петербурге»)