Истории 5 минут

Иван Павлов в интервью «Дождю» рассказал о роли экс-главы Приднестровья в деле Карины Цуркан

Ирина Бужор/Коммерсантъ

Во вторник, 15 декабря, адвокат и глава Команды 29 Иван Павлов в эфире телеканала «Дождь» рассказал о том, кто стоит за уголовным делом Карины Цуркан, бывшего топ-менеджера «Интер РАО». У нее возник конфликт с президентом Приднестровья Евгением Шевчуком, который и стал предпосылкой к обвинению Цуркан в шпионаже. Гособвинение запросило для нее 18 лет колонии.

— Иван, здравствуйте. Правда ли, что сам Борис Ковальчук, глава корпорации («Интер РАО» — прим. К29), сегодня подробно рассказывал о том, чем занималась Цуркан, и, фактически, мужественно выступил в ее защиту?

— Да, Борис Юрьевич приехал в Московский городской суд для того, чтобы быть допрошенным в качестве свидетеля, и дал показания по уголовному делу в отношении его подчиненной Карины Цуркан.

— Как я понимаю из того изложения, которое есть на сайтах информационных агентств, за этим обвинением может стоять бывший президент Приднестровья Евгений Шевчук, с которым у Цуркан произошел конфликт из-за гигантских долгов Приднестровья. По-моему, там шесть миллиардов долларов долгов, очень сложно структурированных, насколько я понимаю. При этом Шевчук хотел поднять цены на производство электроэнергии и на что-то еще, и из-за этого возник некий коммерческий конфликт, который мог закончиться уголовным делом, правильно я понимаю?

— В общем, да. Хотя, конечно, черт сидит в деталях. Надо поправить эти детали. В Приднестровье находится Молдавская ГРЭС, которая в основном производит энергию, которая продается для Молдовы. И получается так: Молдова покупает электроэнергию у Молдавской ГРЭС, которая расположена в мятежном регионе. При этом Молдавская ГРЭС производит электроэнергию из газа, который покупает у правительства Приднестровья. Правительство Приднестровья получает этот газ практически бесплатно из России. И, соответственно, бюджет Приднестровья формируется из выручки за газ, который продается Молдавской ГРЭС. Вот такой геополитический клубок, который не мог не повлечь какие-то внештатные ситуации. Пришедший к власти в 2011 году президент Приднестровья Евгений Шевчук решил задрать цены на газ, чтоб пополнить бюджет и закрыть некоторые дыры, которые в нем периодически образуются.

— То есть продавать дороже газ, получаемый бесплатно. Напомню, что тот долг, который Приднестровье накапливает, ложится на правительство Молдовы к тому же.

— Именно так. Станция принадлежит российской энергетической компании «Интер РАО», и Карина была куратором этой станции, участвовала от лица «Интер РАО» в этих непростых переговорах с Шевчуком насчет повышения цены на газ. Карина ему неоднократно пыталась внушить, что, если он поднимет цену, станция вынуждена будет остановиться, потому что цена будет такой, что производство электроэнергии станет нерентабельным для станции. Но Шевчук решил, что это блеф, и продолжил гнуть свои условия и выдвигать более высокую цену. Карине ничего не оставалось делать, как прекратить работу станции. И, как вы понимаете, это повлекло то, что Молдова стала покупать электроэнергию у совершенно другого поставщика. На какое-то время Молдавская ГРЭС просто встала и перестала покупать газ, что вызвало невозможность продать газ в Приднестровье и пополнить свой бюджет. Это обстоятельство стало причиной для серьезнейшего, тяжелейшего бюджетного кризиса для Приднестровской Молдавской Республики. И на одном из заседаний правительства президент Приднестровья Шевчук назвал Карину Цуркан врагом Приднестровской Республики. Сегодня, выступая в прениях, государственный обвинитель Локтионов назвал Цуркан врагом государства Российского. Вы понимаете? Молодая женщина, которая старалась принести пользу для государства, отстаивала интересы энергетической компании, в которой работала, попала в такую ситуацию, когда сначала ее называют врагом народа Приднестровья, — и именно этот инцидент становится подоплекой уголовного дела. Именно президент Приднестровья организовал эту гнусную провокацию в отношении нее, подбросив в спецслужбы России [документы]. А я понимаю, что у Приднестровья, этой непризнанной, но гордой республики, есть связи и в Молдове, и в российских спецслужбах, — есть возможности для того, чтобы состряпать некоторые документы, которые компрометируют Карину Цуркан. Сфальсифицировать их. Я напомню, этими документами были плохо читаемые копии анкеты агента с противоречивой информацией. В анкете, якобы составленной в 2004 году, указаны данные за 2006, 2009, 2016 годы. В данных, которые указаны в этих копиях, — сплошное противоречие. Это даже не оригиналы, это копии, в которых нет ни единой ее подписи. И эти документы легко было ввести в орбиту внимания спецслужб России, и именно так родилось дело.

— Иван, скажите: когда в защиту Карины выступил, ну что уж тут скрывать, член влиятельнейшего российского клана, можно ли ожидать, что суд будет более внимательно относиться к документам? И вот это чудовищное «18 лет колонии за одну бумажку»… Если, тем более, будет вскрыта роль Шевчука, можно ли рассчитывать на оправдательный приговор?

— Мы сегодня выступили в прениях, и мы, конечно, просили суд вынести именно оправдательный приговор, освободить Цуркан из-под стражи, где она провела больше, чем два с половиной года, дожидаясь справедливости. Мне кажется, что не только обвинение не доказало вину Цуркан: защите удалось доказать невиновность своей подзащитной. Мы просто настолько разбили все аргументы, которые были у наших оппонентов, что говорить о том, что здесь могут оставаться хотя бы какие-то сомнения в том, что она невиновна, невозможно.

— И последний вопрос: будете ли вы добиваться вызова в суд Евгения Шевчука?

— Это не в нашей юрисдикции — добиваться вызова этого гражданина. Тем более что он находится в розыске. Он пробыл у власти с 2011 по 2016 год и с недавних пор уже считается осужденным в Приднестровье. Ему, по-моему, назначено наказание в виде 16 лет лишения свободы…

— В Молдове…

— … и он скрывается от суда и следствия, так что не приходится говорить о том, что мы будем вызывать его. Мы не собираемся этого делать.

— Да, спасибо большое. Это был Иван Павлов, адвокат Карины Цуркан, которой сегодня потребовали вынести приговор 18 лет лишения свободы. И сегодня вскрылись подробности, кто мог стоять за уголовным делом о выдаче государственной тайны. Это бывший президент так называемой Приднестровской Молдавской Республики Евгений Шевчук.


Подпишитесь на регулярный донат
100 000 ₽ — наши минимальные ежемесячные расходы. На эти деньги мы оплачиваем работу юристов, редакторов и программистов. И это далеко не все статьи расходов.
Мы разумно подходим к постановке целей и отчитываемся за каждый потраченный рубль. Подпишитесь на регулярный донат. Помогите нам выполнить программу минимум.

Читайте также

  • Истории
    Секретный бюджет: сколько денег мы отдаём государству непонятно на что

    В 2017-м мы объясняли, как государство скрывает свои расходы и какие статьи бюджета засекречивает. Разбираемся, что изменилось за четыре года и сколько миллионов (или миллиардов?) власти тратят неизвестно куда.

  • Истории
    Два месяца в статусе врага народа. Как живется первым иноагентам-физлицам в России

    В конце прошлого года в России статус СМИ-иностранных агентов впервые получили физические лица. До этого иноагентами признавали только организации. Первыми получившими этот статус людьми стали правозащитник Лев Пономарев, преподавательница русского языка и фем-активистка Дарья Апахончич, главред газеты «Псковская губерния» Денис Камалягин, а еще журналисты Сергей Маркелов и Людмила Савицкая. Теперь они должны основать юридические лица, регулярно отчитываться перед чиновниками о своей деятельности, расходах и доходах и ставить перед каждой публикацией пометку о том, что она сделана иноагентом. Вчера Апахончич подала иск к Минюсту — она хочет оспорить свой новый статус, называя это решение незаконным. Команда 29 поговорила с ней и еще двумя новоиспеченными иноагентами о том, как изменилась их жизнь в новом году.

  • Истории
    Письма политзаключенным: Анна Монгайт — Карине Цуркан

    Мы открываем новую рубрику — рубрику открытых писем политзаключенным. Даже если письмо урежет цензор или выкинет надзиратель — рано или поздно оно попадет к адресату. Хотелось бы, конечно, чтоб рано: за решеткой слова поддержки становятся особенно важны. Мы надеемся, что наша инициатива сделает регулярную переписку с политзеками хорошим социальным тоном, такой же полезной привычкой, как пожертвования благотворительным фондам и правозащитным организациям. Первой на наш призыв «пишите письма» отзывается ведущая телеканала «Дождь» Анна Монгайт, решившая вступить в переписку с подзащитной «Команды 29» Кариной Цуркан.

  • Истории
    «Пропавший на войне» дед. История одного арестанта

    Илья Генделев три года не мог узнать, за что судили его деда Илью Закона, умершего в ленинградской тюрьме «Кресты» в 1942 году. Архив МВД отказался выдавать ему документы, так как Закон не был реабилитирован. Вместе с юристами Команды 29 Илья добился пересмотра этого решения и получил копию архивного дела.