5 декабря Минюст внёс в реестр СМИ — иностранных агентов «Радио Свобода» и «Голос Америки». В конце ноября президент подписал закон о СМИ-иноагентах, Госдуме предложили ввести штрафы для таких СМИ, а чиновники обсуждают понятия «нежелательная деятельность», «нежелательное сотрудничество» и «вмешательство извне». В России уже есть НКО-иноагенты и нежелательные организации. Объясняем, что происходит, для тех, кто запутался.

Поделиться в социальных сетях:

Что случилось?

Много всего. В ноябре в Госдуму в экстренном порядке внесли законопроект о СМИ — иностранных агентах, который должен был стать ответом на действия Минюста США, признавшего иноагентом американское подразделение телеканала «Russia Today». Законопроект моментально был одобрен во втором и третьем чтении — его даже не вносили в Госдуму, а дополнили уже прошедший первое чтение законопроект о блокировке сайтов нежелательных организаций. Закон одобрил Совет Федерации, и 25 ноября его подписал президент.

16 ноября, сразу после одобрения законопроекта о СМИ-иноагентах в Госдуме, чиновники предложили законодательно урегулировать понятия «нежелательная деятельность», «нежелательное сотрудничество» и «вмешательство извне во внутренние дела России». Идею высказал глава временной комиссии Совета Федерации по защите государственного суверенитета и предотвращению вмешательства во внутренние дела России Андрей Климов.

29 ноября в Госдуму внесли законопроект о штрафах для СМИ-иноагентов, которые нарушают порядок работы. Например, не маркируют материалы пометкой «иностранный агент» или не так подают отчётности. Штрафовать предлагают и иностранные СМИ, и учреждённые ими российские юрлица. За первое нарушение закона граждан предлагают штрафовать на 10 тысяч рублей, юрлиц — на 500 тысяч, за повторные нарушения штраф увеличится, до 5 млн рублей.

В российском законодательстве уже есть понятия НКО — иностранного агента и нежелательной организации.

Что нового придумали чиновники?

СМИ — иностранные агенты

О законе, который позволил бы признавать СМИ иностранными агентами, по аналогии с НКО, заговорили почти сразу после принятия закона об НКО-иноагентах. Законопроект подготовили депуты «Единой России» ещё в 2012 году, но тогда его не одобрил комитет Госдумы по информационной политике, и Госдума не стала рассматривать законопроект. Тогда речь шла о СМИ, которые более 50 процентов финансирования, в том числе, за рекламу, получают из иностранных источников.

Зимой 2014 года один из авторов законопроекта, единоросс Евгений Фёдоров заявил, что уверен: законопроект примут после Олимпиады в Сочи, когда политический расклад изменится. Действительно, в мае 2014 законопроект в более жёстком варианте — речь шла уже об иностранном финансировании более 25%, но только для СМИ с политической повесткой — внесли в Думу. Впрочем, и тогда закон не приняли.

К его идее вернулись в 2017, когда спикер Госдумы Вячеслав Володин поручил подготовить ответные меры на регистрацию американского подразделения телеканала «Russia Today» в качестве иностранного агента. Комиссию по разработке законопроекта возглавил вице-спикер Госдумы Пётр Толстой. В итоге нормы об иностранных агентах просто добавили в законопроект о блокировке сайтов нежелательных организаций, который Госдума уже рассмотрела в первом чтении.

Иностранными агентами предложили считать любые зарегистрированные за рубежом СМИ, получающие средства от иностранных правительств, компаний, граждан или от иностранных источников через российскую компанию. Отдельного закона о СМИ — иностранных агентах принимать не стали: им просто нужно будет следовать нормам, прописанным в законе об НКО-иноагентах, то есть отчитываться о своей деятельности, доходах и расходах и маркировать все материалы пометкой «иностранный агент». Решение о том, признавать ли СМИ иноагентом, будет принимать Минюст. Закон оговаривает, что СМИ, которые подходят под условия, могут признать иноагентами, а могут не признать. Толстой в интервью «Медузе» заявил, что меры против СМИ будут «точечными» и принятый закон не будет «законом прямого действия».

Депутаты пояснили, что на российские СМИ, которые получают иностранное финансирование, закон распространяться не будет. Но Пётр Толстой признает, что под действие закона попадают многие российские СМИ: например, Russia Today и ТАСС, поэтому применять его будут выборочно. «Мы старались максимально не конкретизировать эту ситуацию — не давать названия СМИ, не называть страны происхождения, не писать слово „политические“», — заявил Толстой.

Пётр Толстой объясняет, зачем нужен закон о СМИ-инагентах

Чиновники назвали закон «зеркальным ответом» на действия США, но российская норма существенно отличается: если в Америке иностранным агентом могут признать только СМИ, которые зарегистрированы в США и занимаются политической пропагандой, то в российский закон говорит о СМИ, которые зарегистрированы в любом иностранном государстве, а по повестке ограничений и вовсе нет.

Непонятно, как Россия собирается контролировать СМИ, зарегистрированные в разных странах. Речь может идти о штрафе, блокировке сайта или даже уголовной ответственности, по аналогии с ответственностью для НКО, которые «злостно уклоняются» от исполнения закона об НКО-иноагентах. В интервью Толстой говорил, что штрафы и блокировки могут применяться уже по другим, «содержательным» критериям. В Совете Федерации пообещали «блокировать сигнал» СМИ, которые откажутся регистрироваться в качестве иностранных агентов. Как это будет происходить, пока неизвестно.

С штрафами всё тоже не очевидно: если у России нет специального договора с государством, в котором зарегистрировано издание, то иностранное государство может не признать такой штраф. Как заметил председатель Совета при президенте по правам человека Михаил Федотов, СМИ, в отличие от НКО, не организационная форма, а форма распространения информации, которую нельзя наделить какими-либо правами и обязанностями. Неясно и как должен определяться статус СМИ, по российскому закону или по закону государства, где оно зарегистрировано.

Журналистов смутила использованная в законе формулировка «иностранные структуры без образования юридического лица». Многие предположили, что она позволит признавать иностранным агентом любой сайт или блог, не зарегистрированный как СМИ. Она уже используется в российском налоговом законодательстве для обозначения структур типа фондов или партнерств, которые работают без создания юрлиц в соответствии с законодательством иностранного государства. Если депутаты не наделили её новым смыслом, речь может идти о структурах, владеющих СМИ, но не о блогах.

Ещё до подписания закона Минюст разослал предупреждения СМИ, которые могут признать иностранными агентами. Например, «Голосу Америки» и «Радио Свобода». 5 декабря Минюст внёс их в реестр.

Нежелательная деятельность и нежелательное сотрудничество

16 ноября, на следующий день после того, как Госдума одобрила закона о СМИ — иностранных агентах, чиновники сообщили, что готовят новые законы для минимизации иностранного вмешательства в дела России. Законопроект, который введёт в российское законодательство понятия нежелательной деятельности и нежелательного сотрудничества, обещают принять в начале 2018 года. Чиновники объясняют, что хотят избежать вмешательства иностранцев в выборы.

Темой иностранного вмешательства в Совете Федерации озаботились в июне. Тогда глава комитета по международным делам Константин Косачев сообщил, что в Совфеде появится комиссия по противодействию вмешательству Запада в дела России. Члены комиссии будут отслеживать действия других государств в адрес России и готовить предложения по совершенствованию законодательства.

«Её характер будет скорее постоянный, чем временный. Та работа, которую ей предстоит осуществлять, носит долговременный характер, в этом нет никакого сомнения. Попытки вмешаться в наши внутренние дела, оказать воздействие на нашу политическую жизнь организованы на системной основе в целом ряде государств и международных структур и, очевидно, имеют тенденцию к активизации под каждый наш избирательный цикл», — прокомментировал создание комиссии Косачев. Сенатор также заметил, что нежелательные организации — только один сегмент, помимо которого есть другие области, которые необходимо контролировать, как, например, СМИ.

Комиссию создали моментально, её возглавил зампред комитета Совета Федерации Андрей Климов, он же сообщил о планируемых нововведениях. По его словам, нежелательная деятельность — это «деятельность иностранных физических лиц, которые нежелательны для нашей страны, независимо от того, формально они принадлежат к нежелательным организациям или нет». Нежелательной деятельностью могут посчитать «разжигание национальной и религиозной ненависти и политической розни», вмешательство в избирательный процесс, работу иностранцев с российской молодёжью.

Сенатор Андрей Климов

Нежелательное сотрудничество — это когда «наши российские организации, предприятия, граждане по разным причинам, необязательно незаконным, сотрудничают с теми, кто занимается нежелательной деятельностью». Такое сотрудничество, по словам Климова, может не иметь отношения к политике, и при этом всё равно считаться нежелательным.

Понятие «нежелательная деятельность» будет распространяться только на иностранцев, которых хотят высылать из страны, а «нежелательное сотрудничество» — на россиян, им будет грозить административная и уголовная ответственность. Если изменения примут, власти смогут накладывать ответственность не только за участие в деятельности нежелательной организации, но и, например, со связи с «нежелательными» людьми.

Чиновники планируют также ввести в законодательство понятие «вмешательство извне во внутренние дела России». В докладе комиссии по защите государственного суверенитета так предлагают называть «не основанную на общепризнанных принципах международного права и международных договорах РФ деятельность со стороны иностранных государств, юридических и физических лиц, их объединений, имеющую целью изменение основ конституционного строя, территориальной целостности РФ, ее внутренней и внешней политики, состава и структуры органов государственной и муниципальной власти».

Члены президентского Совета по правам человека отметили расплывчатость формулировок и высказали опасения о репрессивном характере нововведений. Политик Дмитрий Гудков сравнил  законопроект с 58 статьей советского Уголовного кодекса, которая предусматривала наказание за контрреволюционную деятельность.

Что уже было?

НКО — иностранные агенты

Закон об НКО-иноагентах начали обсуждать в 2012 году. Депутаты «Единой России» придумали законопроект, который наделяет статусом «иностранного агента» российские некоммерческие организации с зарубежным финансированием и «политической деятельностью». В конце июня его начали обсуждать, а уже через месяц подписал Владимир Путин.

Один из авторов инициативы, депутат Александр Сидякин, сообщал, что законопроект не должен был ущемить права НКО, а только обеспечить публичность их иностранных интересов.

Политической деятельностью тогда предложили считать финансирование и проведение «политических акций в целях воздействия на принятие госорганами решений, направленных на изменение ими государственной политики» и формирование в этих целях общественного мнения». Потом окажется, что под эту формулировку подходит почти любая деятельность НКО.

Разъяснить её решат только в конце 2016. До этого определять политический характер будут на глаз. В поправках, которые в январе 2016 года предложил Минюст, политической деятельностью назовут участие в организации и проведении публичных мероприятий, дискуссий, выступлений, публичные обращения к госорганам и должностным лицам, распространение оценок решений и политики госорганов, а также деятельность, направленную на формирование общественного мнения, в том числе опросы общественного мнения и социологические исследования.

НКО-иноагентов предложили вносить в специальный реестр. Попавшие в него организации проходят обязательный бухгалтерский аудит, публикуют и предоставляют Минюсту отчеты о своей деятельности, ставят пометку «иностранный агент» на своих материалах. Правозащитники были потрясены инициативой, призывая президента не подписывать «дикий закон». Людмила Алексеева, глава правозащитной «Московской Хельсинской группы» и Лев Пономарёв, лидер движения «За права человека» обещали бойкотировать закон. Глава Совета президента по правам человека Михаил Федотов заявлял, что закон требует серьезной доработки и планировал обжаловать его в Конституционном суде. В итоге

Тогда же готовили и закон о штрафах для НКО, не соблюдающих закон об иноагентах — по аналогии с ним сейчас собираются штрафовать и СМИ. Руководителям НКО при этом грозит уголовная ответственность вплоть до лишения свободы.

В начале 2013 года начались массовые проверки НКО. Некоммерческие организации начали получать предостережения прокуратуры. В начале июня 2013 около 20 крупных экологических организаций, в том числе Гринпис и WWF России, получили предписание о необходимости зарегистрироваться «иноагентом». А уже 28 июня некоммерческая организация «Содействие развитию конкуренции в странах СНГ» стала первым добровольно зарегистрировавшимся иностранным агентом. Организация не комментировала свою регистрацию.

Как менялось число инагентов в России

Вскоре иноагентов посчитали: на встрече с Путиным генпрокурор Юрий Чайка сообщил, что по меньшей мере 215 организаций подпадают под закон об иностранных агентах. Только 22 НКО продолжили работу, получая зарубежное финансирование, ещё 193 организации либо приостановили работу, либо отказались от иностранных средств.

В итоге закон об НКО-иноагентах действительно обжаловали в Конституционном суде. Суд признал закон соответствующим Конституции и сообщил, что попытки найти в словах «иностранный агент» отрицательную коннотацию и связать его со стереотипами советской эпохи не относятся к правовым отношениям.

Вскоре включать НКО в реестр иноагентов разрешили и без заявления организации. Долгое время после принятия закона НКО не могли выйти из реестра, даже отказавшись от иностранного финансирования — процедура просто не была предусмотрена. Такая возможность появилась только в феврале 2015: чтобы выйти из реестра, нужно год не получать иностранного финансирования.

Несмотря на многочисленные заявления о том, что иностранными агентами признано минимальное число НКО, в реестр попали почти все правозащитные организации. Так, правозащитный центр «Мемориал» сначала внесли в реестр, а потом и вовсе обвинили в подрыве конституционного строя и призывах к свержению действующей власти. В реестр также попали «Агора» (потом её ликвидировали), «Общественный вердикт», «Голос», «Фонд свободы информации», «Солдатские матери Санкт-Петербурга» и другие НКО.61 некоммерческая организация, признанная иностранным агентом, обратилась с жалобой в ЕСПЧ. В марте 2017 года жалоба была коммуницирована.

Нежелательные организации

Законопроект о нежелательных зарубежных организациях внесли в Госдуму в ноябре 2014. Депутаты Александр Тарнавский от «Справедливой России» и Антон Ищенко от ЛДПР предложили создать список иностранных организаций, которые представляют угрозу «обороноспособности страны и безопасности государства, либо общественному порядку, либо здоровью населения, в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, прав и законных интересов других лиц». Запрет нежелательных организаций должен был стать ответом на санкции против российских компаний.

Госдума приняла закон в мае 2015, тогда же его подписал президент. Нежелательной организацией может стать неправительственная организация, которая угрожает безопасности России. Реестр таких организаций ведёт Минюст. Работу организаций, попавших в перечень нежелательных, могут запретить генпрокурор или его заместители — счета заморозят, а российские отделения закроют. Организации, которые проигнорируют запрет, будут штрафовать или административно наказывать их сотрудников, а если нарушение повторяется, то и уголовно.

Первыми попросили проверить на нежелательность Фонд Карнеги, «Мемориал», Transparency International, Amnesty International и Human Rights Watch. Никто из них не вошел в финальный список нежелательных. В другой список, который Совет Федерации обсуждал с генпрокурором и ФСБ, вошли Фонд Сороса, Фонд Макартуров, Freedom House, Национальный фонд демократии, Международный республиканский институт, Национальный демократический институт по международным вопросам, Фонд Чарльза Стюарта Мотта, Фонд «Образование для демократии», Восточно-Европейский демократический центр, Украинский Всемирный координационный совет, Всемирный конгресс украинцев, Крымская полевая миссия по правам человека.

Первой нежелательной организацией в итоге признали американский Национальный фонд в поддержку демократии (NED). С NED сотрудничали многие из НКО, признанные иностранными агентами. Позднее запретили  фонд Джорджа Сороса «Открытое общество», который поддерживал российские правозащитные проекты и проекты в сфере культуры. Фонд Макартуров и фонд Чарльза Мотта закрыли российские филиалы, не дожидаясь решения о нежелательности.

Сейчас в списке Минюста одиннадцать организаций:

— «Национальный фонд в поддержку демократии» (The National Endowment for Democracy),
 — Институт Открытое Общество Фонд Содействия (OSI Assistance Foundation)
 — Фонд Открытое общество (Open Society Foundation),
«Американо-российский фонд по экономическому и правовому развитию» (U.S. RUSSIA FOUNDATION FOR ECONOMIC ADVANCEMENT AND THE RULE OF LAW),
 — Национальный Демократический Институт Международных Отношений (National Democratic Institute for International Affairs),
 — MEDIA DEVELOPMENT INVESTMENT FUND, Inc.,
 — Корпорация «Международный Республиканский Институт» (International Republican Institute),
 — Open Russia Civic Movement, Open Russia (Общественное сетевое движение «Открытая Россия») (Великобритания),
 — OR (Otkrytaya Rossia) («Открытая Россия») (Великобритания),
 — Institute of Modern Russia, Inc («Институт современной России») (США),
 — The Black Sea Trust for Regional Cooperation (Черноморский фонд регионального сотрудничества) (Румыния).


Банки и финансовые организации обязали сообщать о попытках нежелательных НПО перевести деньги в Россию и их потенциальных получателях. Закон о СМИ-иноагентах разрешает Роскомнадзору без судебного решения блокировать сайты нежелательных организаций и сайты, на которых есть ссылки на сайт нежелательной организации.

Оспорить внесение в российский реестр пыталась британская «Otkrytaya Rossia», которую признали нежелательной в апреле 2017 года. Адвокат российского сетевого движения «Открытая Россия» Сергей Бадамшин обжаловал действия Генпрокуратуры и Минюста в Тверской суд Москвы, требуя исключить британскую организацию из списка нежелательных, поскольку прокуратура никак не обосновала довод о том, что организация представляет угрозу безопасности России. Суд отказал.

Российская «Открытая Россия», по заявлениям своих представителей, юридически и финансово не связана с британской организацией, но активистам движения регулярно вменяют статью об участии в деятельности в нежелательной организации. По этой статье признали виновной координатора движения в Краснодарском крае Яну Антонову. Ту же статью вменяли калининградским активистам Якову Григорьеву, Петру Зуеву и Константину Крейну, но в итоге оправдали.

Дело об участии в организации, признанной нежелательной на территории России, завели в отношении членов совета российского движения «Открытая Россия» в Чувашии. Их вновь обвинили в участии в британской организации «Open Russia», которая признана в России нежелательной, но активисты настаивают, что ни они, ни российское движение не связаны с британской организацией.

Текст: Катя Аренина